zeftera.ru.

Дочитались до дыр

f2b20852

книжки Украина стала азиатским аутсайдером по количеству людей, разбирающих книжки.

 В стране из-за неимения моды на организованность, старых библиотек и больших расценок пропала традиция чтения, следовательно, на грани знание цивилизации критически помышлять и по-новому обрабатывать информацию, — сообщает Кристина Бердинских в № 12 издания Журналист от 30 мая 2012 года.

Не разбираешь? Не иду с тобой в кровать! Такой “ультиматум” стал лозунгом кампании, произведенной в 2016 г некоторыми чешскими студентками. Сущность ее — активистки произвели линейку снимков, на которых люди находятся в кровати с книжкой.

Моника Чаплицкая, одна из учредителей данной незначительно вызывающей акции, сообщила Журналисту, что к таким действиям их заставили данные соцопросов, демонстрирующие грустную линию: четверть поляков в течение года не победили ни одной книжки. Студентки приняли решение вызвать в соотечественниках жажду печатного слова, взявшись обосновать, что высокообразованный человек не букинистический червяк либо асоциальный вид, а сегодняшняя креативная личность.

“Как правило все сетуют, что на прочтение нет времени. Это ложь. Если каждый день по крайней мере несколько минут терять на прочтение, в течение года выйдет несколько книжек”, — убеждена Чаплицкая, сама не расстающаяся с книжкой не только лишь на фотоплакатах, но также и в жизни.

Спереди Европы всей идут шведы — 84% из них отдали время по крайней мере одной книжке ежегодно. Немногим большая часть читателей в располагающейся рядом Финляндии, где данный уровень равен 79,5%

Студенткам удалось завлечь собственными мыслями молодежь — на странице акции в Фейсбук более 20 млн. фанов, а самый крупный чешский букинистический супермаркет Traffic Club, располагающийся в центре Варшавы, принял решение провести фотовыставку “разбирающих в кровати”.

Уныние активисток насчет того, что поляки не занимаются книжками, Журналисту, заглянувшему в Traffic Club, непросто осознать. Гости четырехэтажного неестественного супермаркета разбирают повсюду — стоя около неестественных щитов, сидя в сидениях, на ступенях и на паркете. Подобных объемов супермаркет и такой наплыв его поклонников для Украины фантазия.

При этом Польша не самая разбирающая страна Европы, а крестьянин: тут одну книжку в течение года, по сведениям Eurostat, победили 60% населения. Спереди Европы всей идут шведы — 84% из них отдали время по крайней мере одной книжке ежегодно. Немногим большая часть читателей в располагающейся рядом Финляндии, где данный уровень равен 79,5%. В поясницу финнам дышат неестественные червяки из Чехии — тут часть людей, осиливших в течение года максимум одну книжку, только на 1% меньше.

Вверху перечня наиболее разбирающих азиатских наций располагаются португальцы и итальянцы. Это подтверждает совместную евротенденцию: чем далее на север и восток материка, чем менее известны книжки.

Любой 4-й хохол не открывает книжек вообще.

Линия верна даже для части стран бывшего Советского Союза. Так, эстонцы, латвийцы и литовцы — представители северо-запада материка — ожидаемо занимают верхние позиции по габариту части книголюбов.

Но вся данная модель делится о границы Украины. Сравнимых данных по западному другу ЕС, впрочем, нет. Однако ряд схожих российских исследовательских работ рассказывают, что с чтением дела на Украине весьма нехороши. Так, по анализам экспериментальной компании GfK Ukraine, для 73% населения страны оно не классифицируется сферой внимания, а любой 4-й хохол не открывает книжек вообще. Это особенно потрясает, что во время существования СССР периодически определяли время книжкам, по формальным данным, более 90% населения, и девиз СССР — “наиболее разбирающая страна во всем мире” отвечал реальности.

Что случилось с наиболее разбирающими украинцами? Специалисты убеждены, что на них жмут результаты бойких 1990-х, разрушение области книгопечатания, старение библиотечных фондов и неимение моды либо даже надобности быть организованным. Это сказалось на российских семьях, в которых младшее происхождение не прививает преемникам любовь к книжкам.

В любом случае юные украинцы рассматривают интернет-материалы, однако это, скорее всего, только ослабление справочного голода. “У нас повысилось происхождение, которое не застигло вокруг себя в реальном пространстве книжек, если их не было в бытовой библиотеке у матери и отцы”, — говорит знаменитая российская публицистка Ксения Забужко.

В ближайшем будущем картина едва ли поменяется к самому лучшему. Следовательно, возможности повстречать украинца с книжкой либо газетой в руках каждый год будут понижаться.

Европа разбирающая

Чтобы осознать разницу между разбирающей Европой и нечитающей Украиной, довольно посмотреть на Финляндию — вторую по численности постоянных читателей страну Европы.

Как сообщила Журналисту посол Финляндии на Украине Арья Макконен, у нее на отчизне есть старинная традиция чтения. СМИ дают по жилищам рано днем, задолго до того, как люди уходят на работу. Потому рабочий день чуть ли не любого финка стартует с кофе и издания. Помимо этого, важное значение имеет просветительная технология. Уровень школьного создания в Финляндии — высочайший во всем мире, и в региональных базовых тренировочных учреждениях детей обучат предпочитать книжки и дорожить принимаемые из них познания. Макконен, с усмешкой вспомнив свои школьные годы, говорит, что в возрасте 7-15 лет она разбирала по двадцать книжек в месяц.

Второй момент, делающий из финнов завзятых книголюбов, — передовые библиотеки. В лесистой стране, существенная часть которой располагается за Полярным кругом, даже в незначительных городах в обязательном порядке есть библиотеки с неестественными новинками, и новой СМИ, музыкой и кинофильмами. Поиск, предзаказ, продление времени использования происходит по сети-интернет, при этом получить книжку можно в одном месте, а отдать в другом.

В какой-нибудь германский Фастов либо Жмеринку каждую неделю прибывает беллетрист — германский либо иностранный, не вспоминая о [наличии там] неестественных супермаркетов. Другими словами книжка считается стандартной частью социальной жизни страны

Схожими способами пользуются и в других странах Европы — руководителях по количеству книголюбов. И приобретают логичный результат. “В какой-нибудь германский Фастов либо Жмеринку каждую неделю прибывает беллетрист — германский либо иностранный, не вспоминая о [наличии там] неестественных супермаркетов. Другими словами книжка считается стандартной частью социальной жизни страны”, — говорит Забужко.

Тем не менее, даже в благоприятных с данной позиции странах ЕС, тем паче там, где книжки разбирают средне, печатное слово чувствует на себе сильное давление со стороны слова непристойного — сети-интернет. В особенности это существенно в области повторяющихся изданий.

Михал Кобоско, основной редактор чешского еженедельника Wprost, сообщает, что когда в 2001 году в Польше начался журнал Newsweek, он за весьма незначительный промежуток времени вышел на уровень реализаций 300-350 млн. единиц. Сию секунду тройка ведущих региональных еженедельников — Wprost, Newsweek, Polityka и Uwaz.am Rze — сражаются за то, чтобы сдержать уровень реализаций в регионе 110-130 млн. единиц любой. Что касается каждодневных газет, то примерно их реализации падают на 10-15% ежегодно.

Однако печатная СМИ не загнется, убежден Кобоско. К примеру, еженедельники воспринимаются пользователями как книжки, потому у них больше шансов вынести все тяготы на рынке. Сдержать же публику они стараются тем, что целиком отступают от вестей, публикуют больше специалисты, рецензий и остального.

Андрей Актау против Тараса Актау

О азиатских раскладах к популяризации печатного слова, как и о азиатских трудностях в данной области Украина может лишь грезить.

В стране, которая презентовала миру 2-ух Актау — футболиста и стихотворца, — футбол по репутации на две-три головы выше чтения. И это логично, поскольку в любой области, касающейся книжек, сияют черные дыры неприятностей.

Так, новинки в библиотеках, говорит Александр Красовицкий, генерального директора издательства Книга, — уникальность. Даже в самые лучшие годы в российские заведения социального чтения поставлялось в 15 раз меньше свежих книжек, чем того требуют нормы ЕС. А в библиотеки, по версии издателя, идут, в первую очередь, за новинками. Но в случае если их априори там не отыскать, ясно, что нет и гостей. “Российские библиотеки преобразовались из мест создания и спроса на книжки в хранилища старых книжек, которые незачем покупателю”, — говорит Красовицкий.

Даже в самые лучшие годы в российские заведения социального чтения поставлялось в 15 раз меньше свежих книжек, чем того требуют нормы ЕС

Тем не менее, будь дело в библиотеках, причин для волнения едва ли было бы меньше.

Сама книжка стала необычным продуктом. После разрушения Единения к 1993 году целиком распалась и книготорговая сеть, которая содержала около 4 млн. спецмагазинов, сообщает Александр Афонин, вице-президент Российской организации книгоиздателей и книгораспространителей (УАКК).

Помимо этого, в первые двадцать лет самостоятельности тематика книжек в федеральной политике вообще не появлялась. И в случае если в РФ с 1996 года область книгопечатания целиком отпустили от налогов и на уровне страны вели политику сбережения спецмагазинов, на Украине о льготах для области начали говорить только в 2001-м.

Убили любовь к чтению у украинцев и социально-экономические неприятности первых постсоветских лет. Спрос на печатное слово обрушился, новостей не отпечатывали, и книжки, в особенности свежие, стали исключением в жилищах. Но в случае если для совершеннолетнего поколения картина не стала критической, то дети и молодежь пострадали, так и не обретя культуру общения с книжкой.

По сведениям исследовательских работ, как раз у юных украинцев энтузиазм к книжке понижается не менее, чем у представителей иных возрастных групп. И в случае если в 2009 году среди тех, кто раз в неделю открывает книжку, был 31 % людей до 30 лет, то в 2011-м их часть понизилась до 26%. “Вместо чтения подростки стали больше времени уделять сети-интернет и компьютерным играм”, — резюмирует Инна Волосевич, младший специалист GfK Ukraine.

В первые двадцать лет самостоятельности тематика книжек в федеральной политике вообще не появлялась

И потому если в Германии реализации хитов могут исчисляться 1 млрд единиц, то на Украине уровень несколько десятков миллионов — результат. В 2016 г, по сведениям УАКК, из 23 млн. названий, появившихся на Украине, 13,3 млн. понадобилось на издания, чей издание не превосходил 500 единиц.

Ко всему печатное слово в стране очень дорого стоит. Так, чешский еженедельник примерно обходится клиенту в $ 1,7, в то время как стоимость российского издания составляет около $ 2. И это кроме того, что в Польше средняя заработная плата в 3,3 раза выше. Потому и тиражи ведущих российских ежемесячных изданий Украины в четыре-пять раз меньше, чем у восточного соседа.

Большая стоимость бьет и по продажам книжек. “Большинство населения сражается с обнищанием, уровень благополучия среднего украинца несоизмерим с совместным уровнем расценок на книжки сравнивая с иными азиатскими государствами”, — полагает О. Жук, наблюдатель интернационального фестиваля Букинистический запас и одна из основательниц неестественной лавки Подвал.

Неестественные червяки колебания

Малый уровень чтения это далеко не только лишь неприятность издателей и книготорговцев, но также и сообщества в общем. Пропадает организованность, культура.

То, что книжки теряют известность, ведет к “опопсовению” сообщества, убеждена Забужко. “Я ничего не имею против сети-интернет либо голливудских кинофильмов. Однако всему может быть собственное место”, — убеждена публицистка.

Разумеется, лучше разбирать интернет, чем вообще ничего. Однако написанная книжка, по версии Забужко, на человека работает совершенно по-другому, чем информация, приобретенная из онлайн-сферы. Буквы на бумаге создают культуру серьезного чтения, а не кликового, развивают логику, знание подвергать анализу картину, пробуждают выдумку и изобретательство.

Расхождения кликового и серьезного чтения Забужко объясняет ответом германской и российской аудитории на выход ее книжки Музей покинутих секретів.

Малый уровень чтения это далеко не только лишь неприятность издателей и книготорговцев, но также и сообщества в общем

Согласно ее заявлению, определенные российские СМИ после исхода 830-страничного томика нового романа повысили гул: как можно было напечатать такую большую книжку? В рецензиях напрямую сообщали: если б книжку уменьшить вдвое, удался бы экшн. “Стало бесспорным, что у данной книжки есть читатель, которому непросто ее преодолеть как раз из-за объема”, — говорит Забужко.

имея такой опыт, она направилась представлять новинку в Германию. Там Забужко стала повествовать публики, что основное прорваться через первые 300-400 страничек романа. Далее герои переплетаются, и становится ясно, что Музей — на самом деле детективная история. “На меня читатели глядели как на безумную. У людей не появилось совершенно никаких неприятностей, сопряженных с размером книжки, им совершенно не нужен был какой-нибудь голливудский экшн”, — упоминает публицистка.

Вера Украины — на то, что в стране еще остались люди, которым медленное общение с книжкой нужно. К примеру, Жук в настоящее время разбирает приблизительно по книжке в месяц. “Отличная книжка — это как вторая жизнь в подарок”, — говорит она, уточняя, что от подобного презента отказываться не следует.

Средства группового чтения

Наиболее тиражные повседневные издания стран Европы по сравнению с количеством их населения*

Страна

Население,

млрд чел.

Тройка газет с самым большим тиражом,

издание, млн. экз.

Австрия

8,5

Kronen Zeitung

818,4

Kleine Zeitung

274,9

Kurier

160,8

Бельгия

10,8

Het Laatste Nieuws

317,7

Het Nieuwsblad

245,2

Het Belang van Limburg

121,4

Германия

81,8

Bild

3.918,5

Сüddeutsche Zeitung

559,3

Frankfurter Allgemeine

477,4

Дания

5,6

Jyllands-Posten

120,0

Berlingske

103,7

Politiken

97,9

Польша

38,5

Fakt

542,0

Gazeta Wyborcza

417,0

Супер Экспресс

293,0

РФ

143,0

Доводы и факты

2.750,0

Столичный комсомолец

700,0

Комсомольская правда

660,0

Финляндия

5,4

Helsingin Sanomat

412,4-468,5

Ilta-Sanomat

176,5

Aamulehti

138,3

Франция

65,8

Ouest-France

789,0

Le Figaro

321,5

Le Monde

314,0

Чехия

10,5

Blesk

350,0

Metro

260,0

Mladá fronta DNES

224,0

Швеция

9,5

Aftonbladet

310,9

Dagens Nyheter

292,3

Expressen

270,9

* Тиражи российских газет не доводятся ввиду неосуществимости оценки их настоящих объемов

Данные информационно-справочной службы Журналиста

Азиатские прочитатели

Как в европейских странах разбирают книжки

Страна

Часть людей, пробежавших по крайней мере одну книжку на протяжении заключительных 12 лет, %

Швеция

83,5

Финляндия

79,5

Чехия

78,5

Эстония

74,3

Австрия

74,3

Словакия

73,5

Дания

73,0

Латвия

71,5

Литва

66,0

Бельгия

66,0

Словения

65,0

Венгрия

61,5

Италия

60,5

Польша

60,5

Кипр

54,0

Хорватия

53,0

Болгария

52,0

Греция

50,5

Испания

47,5

Португалия

41,5

Данные Eurostat

Проглочено по-русски

Как разбирают книжки на Украине

Разбирают книжки

%

Каждый день либо огромную часть суток в месяц

15,3

В любом случае еженедельно

18,2

В любом случае ежемесячно

19,0

Намного реже чем ежемесячно

21,5

Никогда в жизни

23,1

Затрудняюсь ответить

2,9

Прочтение не классифицируется сферой внимания — 73,1%

Прочтение считается сферой внимания — 26,9%

Данные выборочного опроса муниципального населения Украины, произведенного в начале марта 2011 года, GfK Ukraine

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>